RUS
EN
 / Главная / Публикации / Русские школы на Украине не нужны Европе

Русские школы на Украине не нужны Европе

Пётр Сафонов14.12.2017

Фото: bzns.media

Суть решения Венецианской комиссии относительно языковой статьи украинского закона «Об образовании» – в её согласии с ликвидацией среднего образования на русском, венгерском и других негосударственных языках Украины. А все критические замечания – это фиговый листок, который мешает эту суть увидеть.

О решении Венецианской комиссии положительно отозвались все стороны спора  – и Министерство иностранных дел Венгрии, и Министерство образования в Киеве, и «Оппозиционный блок», который сказал, что в Венеции отметили дискриминацию русского языка. Что же это за Соломоново решение, которое всем нравится?

Сайт «Европейская правда» уже 9 декабря обнародовал главную его часть  – выводы. Собственно, весь раздел выводов любого заключения ВК содержит рекомендации стране. Но в концентрированном виде самые главные указания всегда даются под конец документа, после слов «в частности Венецианская комиссия рекомендует….». Здесь она рекомендует следующее:

«…в полной мере использовать гибкость, предусмотренную п. 4 ст. 7, при принятии имплементационного законодательства для обеспечения значительного уровня преподавания на официальных языках ЕС для соответствующих меньшинств;

продолжать обеспечивать достаточную долю образования на языках меньшинств в начальной и средней школе, в дополнение к изучению государственного языка;

улучшить качество преподавания государственного языка для представителей меньшинств;

внести изменения в переходные положения закона "Об образовании", обеспечив более продолжительный переходный период для постепенного осуществления реформы;

освободить частные школы от новых языковых требований в соответствии со статьей 13 Рамочной конвенции о защите нацменьшинств;

начать в рамках выполнения нового закона "Об образовании" новый диалог с представителями национальных меньшинств и всех заинтересованных сторон относительно языкового вопроса в образовании;

обеспечить, чтобы выполнение Закона не угрожало сохранению культурного наследия меньшинств и непрерывности изучения языков меньшинств в традиционных школах».

Да, Венецианская комиссия считает, что надо по-прежнему преподавать значительную часть предметов на языках меньшинств не только в начальной, но и в средней школе. Только как это сделать в рамках того же закона, тем более что изменить статью 7 Венецианская комиссия в этих рекомендациях, не предлагает? 

Но европейские правоведы считают её пункт 4 достаточно гибким, дающим возможность преподавать на языках Европейского Союза, а значит, и на венгерском и румынском. Но ведь в этом пункте сказано о преподавании «одной или нескольких дисциплин на двух или более языках». То есть – как следует по логике – явного меньшинства предметов. К тому же речь не идёт, скажем, о географии на венгерском, а о географии сразу на двух языках: венгерском и украинском.

По сути же, Венецианская комиссия предлагает гораздо более жёсткий вариант, чем в Латвии и Эстонии, где допускается 40 % предметов на русском языке (а не двуязычных). Тем не менее Венецианская комиссия, если брать основной текст выводов, формулировкой этой статьи довольна, при условии, если она будет выполняться в духе понятой ею гибкости.


Но ведь всё это не касается русского языка. Правда, в выводах сказано и о языках не официальных в ЕС: «Менее благоприятное отношение к этим языкам трудно оправдать, и поэтому возникает вопрос о его дискриминационности. Учитывая эти соображения, корректным решением было бы внесение поправок в статью 7, которые заменили бы это положение (Т. е. формулировку пункта 4. – П.С.) на более сбалансированное и чётко сформулированное. Вопрос дискриминации языков других меньшинств, не являющихся официальными языками ЕС, также должен быть решен во время такого пересмотра».

Да, за эту фразу многие ухватились – дескать, в Европе признали дискриминацию русского языка. И действительно, Венецианская комиссия предлагает исправить норму закона. Но это рекомендация второго сорта. Ведь этот пункт, как и ряд других замечаний, не вошёл в число основных предложений, которыми выводы завершились.

А главное, в любом случае предоставление русскому языку того же статуса, что и языкам ЕС, всё равно уничтожит русские (и другие национальные) школы, ибо закон предполагает сужение существующего уровня прав народов Украины на образование на родном языке. И с этим-то Венецианская комиссия, похоже, согласна. Хотя практика сужений прав в Европе не приветствуется.

А ведь статья 22 Конституции Украины гласит, что «при принятии новых законов или внесении изменений в действующие законы не допускается сужение содержания и объёма существующих прав и свобод». А статья 53 – что «гражданам, принадлежащим к национальным меньшинствам, в соответствии с законом гарантируется право обучения на родном языке». То же право гарантировано и статьей 14 ратифицированной Украиной Рамочной конвенцией о защите нацменьшинств, и там речь идёт именно о государственных школах.

Есть ещё и Европейская Хартия региональных языков. Но она ещё при Кучме ратифицирована Украиной так хитро, что и нынешний закон формально не является её нарушением. Однако есть и мнение Комитета экспертов Совета Европы, который в 2010 году в своих рекомендациях Украине говорил, что украинским законом о ратификации русскому языку «не предоставлен должный уровень поддержки», и что «с учётом числа русскоговорящих в Украине, русскому языку должна быть предоставлена особая позиция». Кстати, после принятия языкового закона Колесниченко-Кивалова эти замечания исчезли.

Наконец, есть и практическое положение дел в ряде европейских государств. Например, среднее образование на каталонском, баскском и галисийском языках в Испании, на венгерском – в Румынии, Сербии и Словакии. А это так же, как Украина, страны с одним государственным языком в конституции. 

Но Венецианская комиссия о всех этих вещах, по сути, не сказала. Лишь ограничилась ремаркой о том, что вопрос конституционности закона «Об образовании» – это дело КС. О прочем же умолчала, по крайней мере, в выводах. А ведь когда в 2011-м европейцев не устраивал Янукович, она предлагала и Конституцию поменять в части формирования Высшего совета юстиции, и обращалась к европейской практике, объясняя, почему Украине нужно здесь установить такие нормы как, например, в Болгарии, а не как во Франции или Испании. А ведь когда в 1996-м украинская Конституция принималась, Венецианская комиссия ничего плохого в этих нормах не находила. Значит, просто изменились политические интересы.

И на самом деле, суть решения Венецианской комиссии – в её согласии с ликвидацией среднего образования на русском, венгерском и других негосударственных языках Украины. А все критические замечания – это фиговый листок, который мешает эту суть увидеть.

Да, она выступает за более гибкую политику, чем проводит Киев. Но это тактические разногласия, а стратегически она с ним согласна. Ибо так же, как Киев, считает распространённость русского языка на Украине нежелательным явлением. Ведь, уверен, не было бы на Украине проблемы русского языка, комиссия потребовала бы сохранить венгерские и румынские школы. Сейчас они просто попали под раздачу. А ведь в 2010-м выводы ВК о словацком законе о государственном языке были сформулированы выгодно для венгерской общины этой страны. И вообще у комиссии нет решений, поддерживающих сужение прав европейских нацменьшинств, тогда как расширение этих прав, например в Венгрии, Румынии и Черногории она всегда приветствовала. Но Венецианская комиссия – своеобразный аналог Конституционного суда Совета Европы, это политический орган. И потому не может поддержать позицию, которая могла делаться в Европе на куда менее влиятельном, экспертном уровне (имею в виду ту же ситуацию с Хартией).

Да, понятны мотивы людей, которые хотят использовать позитивные моменты в выводах комиссии для давления на украинскую власть. Ибо других международных выводов у них нет. Но такие тактические расчеты не должны мешать видеть главное: надежда на внешнее управление Украиной как способ решения проблем русского языка – полная иллюзия. И этому есть много примеров. В их ряду вердикт Венецианской комиссии лишь самый свежий и очень яркий.

Впрочем, для украинской власти умная поддержка её языкового закона означает не только хорошие новости. Ведь наверняка в Европе рассчитывают, что в обмен на такой благоприятный для Киева шаг, он выполнит все пожелания ВК относительно антикоррупционного суда.

Источник: Украина.ру

Также по теме

Новые публикации

Слово жираф в греческом языке состоит из тринадцати букв и шести слогов. А в русском животное с длинной шеей уместилось в два слога. Но это не помешало греческому переводчику Димитриосу Триантафиллидису подарить землякам стихотворение Николая Гумилёва «Жираф». Перевёл так, что сохранилась музыка гумилёвского стиха, а жираф не превратился в носорога или другого африканского зверя.
Участники полевого этапа экспедиции «Современный этномир (Средняя Азия)» по Узбекистану побывали в Бухаре. Экспедиция проводилась с целью изучения культуры, быта и традиций русского и русскоговорящего населения, проживающего на территории постсоветской Средней Азии.
С 13 по 16 декабря в Рязани проходит форум неправительственных организаций молодых соотечественников «Made in Russia», в котором принимают участие лидеры молодёжных объединений из почти 50 стран всех регионов мира.
В начале декабря в Сочи прошёл V Международный педагогический форум. Одна из его секций была посвящена развитию детского чтения. О самых интересных школьных практиках, которые там обсуждались, рассказывает руководитель секции профессор РГПУ им. А. И. Герцена Татьяна Галактионова.
Соотечественники в Риге отметили 70-летие Всеобщей декларации прав человека. Там прошла конференция балтийских правозащитников с участием представителей Латвии, Литвы, Эстонии и России. И хотя повод был вроде бы радостный – юбилейный, но большинство участников с тревогой и сожалением говорили о нарастающем кризисе в сфере прав человека в своих странах.
«Мы любим вас, русские…» – такое признание, да ещё от совершенно незнакомых людей Елена Сташевская с сыном никак не ожидали услышать в Германии. Чем же заслужили его гости из России? Ответ на этот вопрос лежит во временах более чем полувековой давности, когда возле небольшого немецкого села Сихра героически погиб её отец майор Владимиров.
«Перекрёстный» Год культуры России и Японии подходит к концу. Сотни мероприятий прошли не только в столицах и городах-миллионниках, но и в удалённых от Москвы и Токио регионах. Российскому Тамбову и японской Тамбе 2018 год запомнится надолго – в этом году родилось общество дружбы и сотрудничества «Тамба – Тамбов». Они нашли друг друга благодаря созвучию названий, но, познакомившись ближе, нашли у себя много общего.
11 декабря исполняется 100 лет со дня рождения писателя,  публициста, общественного деятеля Александра Солженицына. Известная французская переводчица с русскими корнями Анн Колдефи-Фокар более 30 лет своей жизни посвятила переводу его романа «Красное колесо». И сегодня у неё есть надежда, что и к роману, и к самому писателю ещё вернутся.