EN
 / Главная / Публикации / Как Марокко стало домом для беженцев из России

Как Марокко стало домом для беженцев из России

Светлана Сметанина11.02.2020

В год столетия исхода первой волны русской эмиграции в Доме русского зарубежья продолжают открывать ранее неизвестные страницы жизни русских общин за рубежом. Одна из таких страниц – история русской эмиграции в Марокко. Старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Николай Сухов представил сразу две своих книги: «История русской эмиграции в Марокко в XX веке» и «Биографический словарь русской эмиграции в Марокко в XX веке».

Если о жизни русских эмигрантских общин в Берлине, Праге, Париже, Белграде, Шанхае написано и известно довольно много, то страницы, связанные со странами Ближнего Востока, до последнего времени оставались своего рода белым пятном в истории русской эмиграции. Но пришло время? и имена и биографии людей, волею судьбы оказавшихся в этих странах, наконец, начали возвращаться на историческую родину. Книги Николая Сухова – «История русской эмиграции в Марокко в XX веке» и «Биографический словарь русской эмиграции в Марокко в XX веке» (написанный в соавторстве с супругой) – пример такого возвращения.

Н. Сухов рассказывает о русской эмиграции в Марокко

На презентации книг в Доме русского зарубежья имени А. И. Солженицына он рассказал о том, как русские эмигранты оказались в Марокко, как складывались их судьбы.

Хотя дипломатические отношения между нашими странами были установлены ещё во второй половине XVIII века, о Марокко в России знали разве что моряки, заходившие в местные порты, чтобы пополнить запасы воды. «В начале XX века, когда русские массово попали в Марокко, для марокканцев Московия – это было что-то как на Луне, и для русских Марокко – это было абсолютная terra incognita», – отметил Николай Сухов.

Русская эскадра в Бизерте (Тунис). Фото: alternathistory.com

Как люди попадали в Марокко? 14 – 15 ноября 1920 года из Крыма корабли с остатками Белой армии уходили в сторону Константинополя. Часть этих людей осталась в Турции, кто-то двинулся в Болгарию, Югославию и дальше на запад. Около шести тысяч человек – военные, гражданские и члены их семей – продолжили свой путь в Бизерту (Тунис). Это был трудный и долгий морской переход русской эскадры. Именно там французские колониальные власти определили место стоянки русского флота.

Читайте также: «Спасибо, Константинополь!»: как сложилась судьба белоэмигрантов в Турции

Люди жили там в достаточно тяжёлых условиях: работы не было, они получали лишь довольно скудное содержание от французских властей. И тем не менее, русские эмигранты смогли наладить там свой быт и даже организовали кадетскую школу. Жёны русских офицеров работали в швейных мастерских, кто-то собирал лекарственные травы, кто-то устраивался нянями в семьи богатых итальянцев, – рассказал историк.


В 1922 году администрация французского протектората в Марокко направила своего эмиссара в Тунис, чтобы набрать среди русских военных людей с техническим образованием. Это ему легко удалось, в результате были заключены 130 контрактов.

В Марокко русским эмигрантам предоставили достаточно хорошие условия. Первая русская община в Марокко сформировалась в городе Хурибга, расположенном в глубине страны. Русские специалисты со своими семьями поселились в специально построенных для них домиках. «Первым делом они построили церковь, которая простояла до начала 1980-х годов, а потом сгорела. Интересно, что компания по добыче фосфатов, на которую работали русские эмигранты, даже платила зарплату русскому священнику – администрация понимала, что без церкви русская община не сможет жить и работать нормально», – подчеркнул автор книги.

В тот период во Франции развернулась рекламная кампания, которая описывала Марокко как райскую страну. Европейцы ехали туда неохотно, поскольку на территориях, неподконтрольных султану и французским властям, продолжалась война с берберами. А у русских не было выхода, и они приехали. И даже стали привлекать своих знакомых, родственников и сослуживцев. Поэтому первоначально русская община в Марокко строилась по родственно-корпоративному принципу.

Читайте также: Русские эмигранты в Ливане

Русские попадали в Марокко разными путями

Очень много исторических фактов о жизни русской общины в Марокко Николай Сухов почерпнул из архива семьи Ивана и Тамары Ус. Донской казак Ус ушёл из Крыма с войсками Врангеля. В Константинополе его обокрали, и он был вынужден устроиться на службу в Иностранный легион. Французский Иностранный легион, в котором сражались русские офицеры и солдаты, действовал на Ближнем Востоке – это районы Сирии, Леванта и Северной Африки – Тунис, Алжир. Иван Ус отслужил там пять лет, а после службы осел в Марокко.

В это время там оказалась семья Тамары Заушкевич. Её отец и братья также эмигрировали в 1922 году вместе с Добровольческой армией, а мать и дочь остались в Петербурге. Девочка училась в советской школе, а мать продолжала искать мужа и сыновей. Благодаря Международному Красному Кресту в 1924 году они получили разрешение выехать в Марокко к своим родным. Тамара поначалу хотела вернуться в СССР, но влюбилась в Ивана Уса. Её родители как представители дворянского сословия не хотели этого брака, расценивая его как мезальянс, но Тамара сумела настоять на своём.

Благодаря этому браку мы имеем в большом количестве бесценные документы, потому что два их сына – Алексей и Владимир – до сих пор живы. Один из них живёт во Франции, а другой сын вернулся в Россию, потому что так ему велел отец перед своей смертью в 1940 году. В 1955 году он переехал в Советский Союз, где поначалу работал как мелиоратор в Средней Азии, а потом переселился в Москву, – рассказал Николай Сухов.

Многие русские эмигранты попали в Марокко из-за экономического кризиса 1930-х годов, разразившегося во Франции. Таким образом в Марокко оказались и предки графа Петра Петровича Шереметева, первого главы Всемирного координационного совета российских соотечественников, проживающих за рубежом. Его мать Прасковья Петровна Шереметева до сих пор проживает в Рабате. По словам Николая Сухова, который много общался с ней, Прасковья Петровна вспоминала, как её родители дружили с местными марокканцами. Они приглашали их в гости, сами ходили к марокканским друзьям. Казалось бы, два эти мира были совершенно чуждыми, но это совершенно не мешало их общению и даже дружбе.

Русские попадали в Марокко разными путями: не только из Франции, но и из Италии. Часть русских офицеров, оказавшихся в Марокко, ранее служила в Персидской казачьей дивизии в Иране. Их пути эмиграции также занесли в Марокко.

Касабланка, 1950-е. Фото: happyknowledge.com

Тогда и сейчас экономической столицей Марокко была и остаётся Касабланка. Французский протекторат над Марокко был установлен в 1912 году, когда французы высадились в районе Касабланки и начали завоёвывать страну. Столицей стал Рабат. Касабланка же после прихода французов стала быстро развиваться и застраиваться. И сейчас в центре города сохранился целый квартал, выстроенный в стиле ар-нуво.


В Касабланке проживала большая часть русских. Также значительная русская община обосновалась в Танжере, который долгое время был международной зоной, где было множество европейцев, в том числе русских. Как удалось выяснить Николаю Сухову, русские жили практически по всей стране – в Марракеше, Мекнесе, Фесе, Рабате.

Подсчитать, сколько русских эмигрантов прошло через Марокко, мы не можем, поскольку нет статистической документации. Но довольно впечатляющую информацию даёт официальный журнал администрации протектората. Мы с женой проработали его записи начиная с 1920-го и до 1938 года. Там приводятся наградные списки Иностранного легиона с описанием подвигов, и в этих списках очень много русских фамилий. В 1930-е годы появились объявления с приглашением на разработку шахт с полезными ископаемыми. И опять мы находим там русские имена. Например, один из русских вполне успешно занимался строительным бизнесом в Марокко. Интересно, что в отличие от своих французских конкурентов русский девелопер ухитрялся ладить с местными племенами, что давало ему преимущество в ведении бизнеса, – поделился Николай Сухов.

Русским, которые хорошо знали французский язык, не составляло труда найти хорошую работу. Впрочем, для тех, у кого дела шли хуже, русская община организовала кассу взаимопомощи. Для инвалидов, сирот и больных выделялись ссуды, которые собирались по всей общине.

Интересный факт: русские военные служили в том числе и в султанской армии. Как рассказал автор книги, сохранились воспоминания русского журналиста, который своими глазами видел странную картину: по улицам Касабланки марширует рота султанской армии и поёт русскую строевую песню. Оказалось, что офицер у этих солдат был русским.

Как русский священник спас арабского шейха

Ещё одна романтическая история любви русской девушки и арабского шейха началась задолго до революционных событий, но также повлияла на жизнь русской общины.

В конце XIX века молодой шейх попал в больницу. А в это время там находился русский морской офицер, которого приехала навещать его сестра из России. Русская дворянка и марокканский шейх полюбили друг друга и поженились, причём жена осталась христианкой. Супружеская чета проживала в Рабате, где благодаря русской жене шейха появился первый рояль, специально привезённый из Парижа. Кстати, их дети потом также преподавали музыку.

Воскресенский храм в Рабате. Фото: Maxim Massalitin / wikipedia.org

Воскресенский храм в Рабате. Фото: Maxim Massalitin / wikipedia.org

Однажды шейх заболел. Местные врачи ничего не смогли сделать, тогда жена предложил позвать русского священника, иеромонаха Варсонофия. После его молитв шейх выздоровел. Решив отблагодарить своего спасителя, шейх подарил ему (а точнее, продал за один франк, чтобы потом наследники не смогли расторгнуть этот договор) участок земли под храм. Так в 1929 году в Рабате появилась русская церковь, принадлежащая русской общине. Уже в наше время один из русских туристов оказался в этом храме, который находился в довольно плачевном состоянии. Увидев это, россиянин пожертвовал довольно значительную сумму на ремонт храма.

Вторая волна эмигрантов из России

После Второй мировой войны в Марокко прибыла новая волна русских эмигрантов – русские, которые сражались против Красной армии в составе частей генерала Власова, а также те, кто ушёл с оккупированных территорий СССР. «Эмигрантская организация Народно-трудового союза переправила их в Марокко. Среди них было много молодых людей, которых набрали в власовскую армию из пленных. Про них рассказывали, что каждые выходные они напивались и устраивали драки. Причём когда приезжала французская полиция, русские их тоже били, а вот с марокканской полицией они находились в более дружеских отношениях», – рассказал Николай Сухов. Когда Марокко получило независимость (в 1956 году), многие русские стали уезжать, испугавшись, что их выдадут в СССР.

Но было и обратное движение – среди эмигрантов первой волны и их детей. «Война очень изменила сознание эмигрантов. У многих был подъём патриотизма, и люди искренне мечтали вернуться на историческую родину. Для них Вторая мировой война стала логичным продолжением Первой мировой. Многие белые эмигранты начали принимать советское гражданство, а некоторые уезжали», – пояснил автор книги.

Старая эмиграция, которая с восторгом принимала победы Советского Союза, находилась в жёсткой оппозиции к тем, кто приехал после войны и ненавидел советскую власть. Это вызвало конфликт между двумя общинами – они не могли ужиться вместе именно по идеологическим причинам. Таким образом в Марокко появилось два русских прихода – один в Рабате, подчинённый Московскому патриархату, другой –приход Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) в Касабланке. Накал противостояния спал лишь со временем, с отъездом

Именно в Касабланке, где русская церковь долгое время была заброшена, Николаю Сухову удалось собрать большое количество документов: «Там просто валялись разные бумаги – записи о рождении, смерти, крещении, венчании. Я даже нашёл одно письмо, написанное старостой храма одному итальянскому историку, с описанием жизни этой части общины».

Эту церковь чуть было не снесли: её продали местному застройщику, который хотел построить на её месте. Но русская община встала на защиту этого памятника. И русских поддержали марокканцы. А нынешний настоятель храма сумел рассказать об этой ситуации королю. Сейчас эта церковь официально объявлена историческим памятником, и, кто бы ни был её собственником, снести её уже нельзя. 

Также по теме

Новые публикации

Известный венгерский поэт Ласло Секей перевёл на венгерский все самые популярные и любимые русские песни знаменитого поэта-песенника Алексея Фатьянова. И благодаря  знакомству с его творчеством он увлёкся переводами других современных российских поэтов-песенников. А венгерская публика с удовольствием слушает эти песни в исполнении Ласло Секея.
Со времён Петра I русская морская терминология складывалась на основе голландской, сказалось на ней и мощное английское, немецкое и итальянское влияние. Благодаря расшифровке этих специфических терминов можно реконструировать события, связанные со славой русского флота, например, ход Чесменской битвы.
В сентябре 2020 г. в Российском университете дружбы народов начнёт работу Цифровой подготовительный факультет. Это современный образовательный проект, благодаря которому иностранные студенты смогут удалённо подготовиться к обучению в различных российских вузах.
«Я считаю, что чем реже мы меняем Конституцию, тем лучше. Это придаёт устойчивость государственной системе. Каждая смена Конституции – серьёзный удар по стабильности политической. Поэтому Путин не пошёл по пути принятия новой», – сказал В. Никонов.
В период пандемии российские соотечественники в Малайзии организовали гуманитарную миссию, которая стала помогать аборигенам, живущим в джунглях. О том, как возникла такая идея, и живут русские в Малайзии, рассказывает учредитель ассоциации «Женщины России в Малайзии» Катерина Чулкова.
Как-то раз в адрес службы экстренной лингвистической помощи международного проекта «Современный русский» пришло такое сообщение: «Прочитала у Набокова: "на круглой площадке, до смешного плевелистой..." Не могу найти в сети значение слова плевелистый. У Даля нашла: плевелистый – тот, в котором много плевел. Плева – это оболочка. Почему тогда "до смешного плевелистой" площадке?». Попробуем разобраться.
Русский язык не знает выходных, не боится пандемий, а самоизоляция тех, кто стремится им овладеть, иногда идёт ему на пользу. После месяцев работы в режиме онлайн курсы русского языка по всему миру начинают активно набирать офлайн-группы.